14:30 

Sebastianchik
22.03.2011 в 13:58
Пишет Sebastianchik:

Фанфик - Так получилось
Автор: Sebastianchik
Бета: rikki-mikki
Фэндом: Kuroshitsuji
Персонажи: Себастьян/Сиэль, Лизи
Рейтинг: NC-17
Жанры: AU, Романтика, Слэш (яой)
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, Секс с несовершеннолетними
Размер: Мини
Статус: закончен
Описание: Читайте и все поймете
Публикация на других ресурсах: с разрешения автора, где угодно
Примечания автора: Мой первый фанф. Вроде получилось не плохо) И огромная просьба пишите комментарии, мне важно знать ваше мнение.

Сильный ледяной ветер пронизывал хрупкое мальчишеское тело. Он устал, устал от такой жизни, ему всего лишь на всего хотелось простого детского счастья. Сиэль уже не в первый раз сбегал из детдома, и каждый раз его находили и возвращали назад. И вот снова он бродил по улицам, ища что-то или кого-то. Ноги не повиновались ему, и он, направляемый потоком ветра, просто шел вперед. В глазах мутнело, и кружилась голова. Он несколько дней ничего не ел, и у него просто заканчивались силы.
Опираясь на стены домов, он продолжал идти вперед, но неожиданно наткнулся на что-то. Подняв глаза, он увидел перед собой мужчину лет 30.....
— Смотри куда прешь, папаша!
— Что с тобой,— спросил мужчина?
Сиэль с наглой ухмылкой посмотрел на неосторожного прохожего и пошел прочь, как вдруг почувствовал, что его схватили за руку. Он обернулся. Позади его держала рука незнакомца.
— Не хорошо быть таким грубым,— с ухмылкой заметил мужчина, — Надо бы тебя проучить, да я смотрю, ты итак богом обиженный.
Мальчишка хотел что-то ответить, но не мог пошевелить губами. Слегка качнувшись, он свалился на руки незнакомцу. Мужчина ловко подхватил его.
Утро, долгожданное прекрасное утро. Я проснулся, учуяв вкусные запахи, распространяющиеся по комнате. Открыв глаза, осмотрелся. Обстановка была совсем не похожа на общественные учреждения, где мне приходилось бывать раньше.
Я заметил, что лежу на мягком удобном диване, возле него стоит журнальный столик с аккуратно сложенными в стопочку газетами. У стены находится большой книжный шкаф. Стоит заметить, что вся комната идеально убрана: стекла и зеркала сверкают чистотой, ковер с длинным ворсом идеально расчесан по направлению долевой нити.
-Куда я попал? Я в раю? — едва ли меня туда пустили бы. Скорей всего, какая-нибудь сердобольная старушка из жалости подобрала.
Я хотел, было встать, но случайно задел газеты, лежащие на столике, и они с шорохом свалились на пол.
-Эй, там чего скребешься как мышь, иди завтракать! — донесся знакомый мужской голос.
Это не тот ли нерасторопный мужик, что столкнулся со мной на улице?
Придется переступить через гордость и позавтракать с ним, ведь во рту уже дня три ни крошки не было. А этот вкусный запах буквально захватывал дух при каждом вдохе, Сиэль даже не заметил, как очутился на кухне и жадно поглощал английский завтрак: помидоры, печеную фасоль в томате, грибы и жареную кровяную колбасу.
Нужно войти к нему в доверие, раз он так добр с бродячим мальчишкой вроде меня, к тому же, он вкусно готовит.
Я молчал просто не зная что сказать, а он… он просто спокойно поглощал пищу и не обращал на меня никакого внимания, будто я пустое место, будто я его совершенно не интересую.
После завтрака, я, наконец, прервал молчание
-Кто Вы такой? Зачем Вы помогли мне?— на что получил холодный и четкий ответ:
— А ты предпочел бы умереть на улице? Кстати, перед тем как сбегаешь из детского дома, тебе следовало бы переодеться.
— Что? Как вы узнали? — он похлопал меня по спине и ушел в другую комнату.
Я оглядел себя в недоумении.
-Черт!!! (на спине у шва был ярлычок «Детский дом №68»)
Я побежал за ним.
— Пожалуйста, не отдавайте меня туда, не хочу там жить!
— Лучше слоняться по улицам и просить милостыню, или где-нибудь упасть и умереть от голода, так ты считаешь? — отрезал он, доставая телефон, с намерением кому-то позвонить.
Я, боясь снова попасть в Детский дом, выбежал из квартиры.
На улице шел сильный дождь.
-Ужасный человек! — вырвалось у меня из уст, но, не смотря ни на что, он был прав.
-И долго ты собираешься здесь стоять?
— А? — мужчина подошел ко мне и положил руку на плечо.
Я был в отчаянии, не представлял, что со мной дальше будет. Он сел рядом начал что— то говорить, но я уже не слушал.
-Раз уж ты у нас такой бедный и несчастный, можешь пожить у меня некоторое время.
-Но… но…
— Да, тебе придется научиться некоторым манерам, — он серьезно посмотрел на меня, — И не бросайся больше на каждого встречного.
С тех пор я живу у Себастьяна Микаэлиса, мужчины, которому удалось рассмотреть в прохожем бездомном мальчишке верного и любимого человека, но, поначалу, это было далеко не так.
Как я ни пытался, все мои старания понравиться ему хоть немного были насмарку, посмотрите сами:
День первый: Я захотел приготовить на ужин цыпленка в лимонном соке, а пока настойчиво оттирал стекла в книжном шкафу, эта молоденькая курочка, мать ее за ногу, превратилась в обугленный кусок плоти. На что, пришедший с работы Себастьян, с ухмылкой ответил: «Я люблю по горячее и побольше крови!»
Через неделю я случайно спалил шторы, которые хотел погладить.
И так день за днем я пытался стать хоть немного лучше в глазах «безразличного чурбана». Его совсем не заботило, что я живой человек да еще и с такой судьбой, он никогда не спрашивал о моем прошлом, о родителях.

Раньше я не рассказывал, что когда жил в приюте, встретил девушку, которая была единственным ярким пятном в моей серой жизни. Я познакомился с ней в медпункте, когда меня в первый раз привезли в это ужасное место. А она с неподдельным интересом наблюдала за моими действиями. Я изо всех сил пытался вырваться, ведь по рассказам других вольных детей знал, что детдом — это ад.
Наконец, они отстали от меня и вкололи что-то, чтобы не дергался.
-Вот лежу и не понимаю, как можно быть благодарным и радостным, попав сюда.
-Здесь не только злыдни и извращенцы работают, есть люди, которые помогают таким, как мы, заботятся, лечат и грезят о том, чтобы каждый ребенок нашел своих родных или приобрел новую семью. Усмири боль в своем сердце, попытайся доверять людям.
Эта девушка буквально светилась.
Я запомнил слова Элизабет, она стала для меня не просто другом и хорошим примером, а лучом солнца согревающим все вокруг. Только иногда от этого света просто не куда было деваться. Порой ее оптимизм меня просто убивал, но милая добрая отзывчивая Лизи никогда не давала мне скучать. Как наивный маленький ребенок резвилась, все дни напролет, и ждала от меня того же.
Однажды мы проговорили до утра, она сказала, что не оставит меня и всегда будет со мной. Я очень испугался, что мне до конца дней своих придется слушать ее забавный бред. Я, потерявший всякую надежду и веру к этому миру, не мог смириться с ней. Она не понимает, в каком жутком она положении. Живет в детдоме без семьи, без родных, а ей все нипочем.
Весь следующий день я провел под листвой раскидистых деревьев, Элизабет ни на шаг от меня не отходила. Мне хорошо, с ней я спокоен и счастлив.
Этот день был одним из самых ярких и запоминающихся дней моей жизни, только с утра я об этом и не догадывался. Именно в этот день я понял, что люблю, но каково было мое удивление, когда я осознал, кого полюбил. Скажи кому, не поверят. Сначала я считал, что чувство, которое я ощущаю к Себастьяну — это благодарность.
В этот день я, как обычно, пересолил и сжег ужин. Себастьян пришел с работы в хорошем расположении духа и полон сил. Войдя в кухню и посмотрев на тарелку с обгорелой едой, только в очередной раз ехидно лыбил жало (он умет делать это как никто иной.)
Я лишь печально опустил глаза.
— Ну, малыш, не стоит так унывать, — сказал Себастьян и сел на стул рядом со мной, — Ты еще научишься готовить. Я удивленно посмотрел на него. Он никогда не был со мной так обходителен и нежен. Весь ужин мы говорили о разных вещах, Себа рассказал несколько забавных историй. Затем мы отправились отдыхать в гостиную.
— Так ты расскажешь, что же произошло с тобой и той девочкой дальше? Она ведь тебе нравилась? — спросил он неожиданно. На минуту мое сердце сжалось, я не знал, что сказать и невольно перед глазами пронеслись события тех дней. Я тяжело вздохнул и начал рассказывать.
— На следующий же день Элизабет не оказалось в детском доме, как бы я ни искал, ее нигде не было. И у кого бы ни спрашивал, никто ее не видел, только одна девочка, жившая с ней в одной комнате, сказала, что ночью Лизи позвал один воспитатель, и больше она ее не видела. А когда спросил у заведующей детдома, она печально посмотрела на меня и заплакала. Сквозь слезы она прошептала:
— Элизабет больше… — женщина, опустив глаза, тихо прошептала, — Ее больше нет.
— Как? Как такое могло произойти? — закричал я в отчаянии.
Этот урод зверски расправился с ней, а на следующий день уволился и со спокойной совестью уехал куда-то. Я никак не мог смириться с произошедшим и решил, что не могу больше там находиться. Потом я убежал, долго искал этого ублюдка, но его и след простыл. Бедная добрая Лизи не сдержала своего обещания, она бросила меня одного.
— Она была твоим лучшим другом, жаль ее, — сочувственно проговорил Себастьян.
На моих глазах навернулись слезы от нахлынувших воспоминаний. Он встал с кресла, подошел ко мне и крепко обнял меня своими сильными руками.
— Не переживай, что случилось, того не вернешь.
В эту минуту я понял, что он не такой уж и черствый, как я думал. Сейчас я больше всего нуждался в чьей-нибудь поддержке и осознал, что ближе этого человека у меня никого нет. И буквально вцепился в его грудь. Он нежно трепал волосы на моей голове, мне хотелось, чтобы эта минута длилась целую вечность.
— Теперь я никому тебя не отдам! — сказал Себастьян, – И никто не посмеет тебя обидеть, я люблю тебя и не допущу, чтобы кто-то причинил тебе вред, ты только мой. И можешь спокойно выходить на улицу, тебя больше никто не заберет в детский дом. Я позаботился о твоих документах, тем более что в конце этого года тебя бы уже выпустили, ведь тебе будет уже семнадцать.
Я поднял на него глаза и, уже от радости, с новой силой обнял своего спасителя.
Он медленно повалил меня на диван, расстегнув мою рубашку, он начал осыпать меня поцелуями. Я очень удивился, однако не стал противиться, а от страха и смущения закрыл глаза и наслаждался. Все было, как будто во сне и не со мной. Я никогда не думал, что ласки мужчины могут быть такими чувственными, осторожными и искренними. Мне хотелось доставить и ему немного удовольствия, и мои руки невольно потянулись к ширинке мужчины. Себастьян коснулся почти каждого сантиметра моей груди, рук и шеи, а когда дело дошло до губ, он страстно впился в них и жадно исследовал каждый рецептор моего языка. Я уже стянул с него брюки, и маленькая моя шаловливая ручонка пробралась в его трусы. Аккуратными массирующими движениями я ласкал его член. И в унисон мы стонали от удовольствия. Наконец я начал спускаться ниже и ниже. И на секунду я засомневался и открыл глаза.
Себастьян серьезно посмотрел на меня и спросил:
— Ты действительно этого хочешь?
Я…. я… — я ничего не мог ответить. Тогда я резко нагнулся и начал языком водить по члену. Попробовав на вкус, я взял его в рот и начал двигаться взад-вперед. Вдруг Себастьян сжался от удовольствия, от этого член стал еще тверже. Мне было приятно доставить ему удовольствие.
Наши сердца бились, как сумасшедшие, нас обоих лихорадило. Нас обжигало каждое прикосновение друг к другу. Тогда он возбудился до такой степени, что уже не мог сдержать себя, он вынул няку из моего рта, резко развернув меня, сорвал с оставшуюся одежду и вошел в меня. Эти чувства несравнимы ни с чем, я вскрикнул от дикой боли, но затем мне стало хорошо. Ритмичные движения наших тел все больше развивали скорость.
Я хотел его, хотел слиться с ним воедино. Никогда еще я не испытывал такого дикого безудержного чувства овладеть человеком и раствориться в нем. Мне казалось нет никого на свете кроме нас двоих. Меня уже ничуть не смущало, что мы с ним одного пола.
Утро, прекрасное утро. Я проснулся, учуяв вкусные запахи, распространяющиеся по комнате. Открыв глаза, осмотрелся. Мне было так хорошо и приятно на душе, что теперь у меня есть близкий человек, на которого я всегда смогу положиться. Позже я оделся и отправился завтракать. Меня совсем не удивило, что Себа по-прежнему задумчиво готовил кофе и не обратил на меня никакого внимания. Теперь я знаю, что он меня любит, но чувства свои он никому никогда не показывал и не покажет. Даже мне. Жалко, но придется смириться с этим и наслаждаться ночными часами счастья, которыми он, я уверен, будет меня одаривать.

URL записи

@темы: Темный дворецкий

URL
   

"Хомячья Норка"

главная